Резня в Аддис-Абебе

Print PDF

Есть такой либеральный миф, что итальянский фашизм убил не так много народу, почему данные гг. с ним готовы мириться, а то и отбеливать. Как все мифы такого рода, это ложь, крови они пустили достаточно, просто большая её часть пролита в колониях.

Крупнейшее преступление такого рода — резня в Аддис-Абебе, рассказ о которой ниже. Она названа по дате эфиопского календаря Екатит 12 (на языке геэз, по-амхарски የካቲት ፲፪ , латиницей Yekatīt 12) — массовое убийство и заключение в концлагеря эфиопов итальянскими фашистами в «наказание» за покушение 19.02.1937 на маршала Родольфо Грациани — подонка, устроившего в Ливии сгон с земли, запирание в концлагеря и масовую гибель там туземцев. Итальянская колонизация Ливии стала образцом для гитлеровского плана «Ост» (обычно о ней говорят мягко “Грациани использовал опыт англо-бурской войны для борьбы с партизанами”). Грациани командовал итальянскими войсками в успешной для фашистов 2й итало-эфиопской войне, и после захвата страны стал её генерал-губернатором.

Эти события известны в Италии как резня в Аддис-Абебе (итал. Strage di Addis Ababa ), считается самой ужасной резней в истории страны (впрочем, в средневековье были и пострашнее, но тогда ещё не было современных понятий о гуманизме и цивилизации).

Родольфо Грациани, мясник Эфиопии

Убийства и заключения, вызванные покушением, длились 3 дня, оценки числа жертв их разнятся. Эфиопские источники называют 30 000, другие исследователи в диапазоне от 1400 до 6000 смертей; в работе Кемпбелла 2017 года обоснована цифра 19200 жертв, 20% населения Аддис-Абебы. Множество эфиопов убили просто по подозрению в недовольстве оккупацией, включая членов «Черных львов¹» и представителей аристократии; 125 человек посланных императором Хайле Селассие за границу для получения высшего образования, и пр. Ещё больше попало в тюрьму, аресты шли без разбора, хватали даже национал-предателей, вроде раса² Гебре Хайвот, сына раса Микаэля из Волло, Брехане Маркоса и Аяле Гебре, помогших итальянцам с опознанием покушавшихся на Грациани.

Убитые эфиопы под охраной итальянских солдат

После резни дуче отправил Грациани в отставку, поставив вместо него принца Амедео, герцога Аоста.

Контекст

После поражения эфиопских войск под личным командованием негуса в битве при Майчеу 31 марта 1936 года Хайле Селассие покинул Эфиопию для обращения к Лиге Наций с просьбой о помощи против агрессора. На время отсутствия он назначил регентом своего близкого друга и двоюродного брата раса Имру Хайле Селассие, попытавшегося создать временное правительство в Горе, на юго-западе страны. Однако это в глубине ареала народа оромо, они мусульмане и традиционно против народа амхара, составлявшего правящий слой. Некоторые из них даже обращались к британцам с просьбой поддержать Западно-Галлийскую конфедерацию созданную сепаратистами. Когда итальянцы 24 октября продвинулись к Некемте, Имру счел свое положение незащитимым и двинулся на юг в поисках лучших. Обе армии маневрировали на юго-западе Эфиопии, весь ноябрь итальянцы преследовали эфиопов, пока раса не взяли в плен на берегах р.Годжеб; после ожесточенных боев он сдался 18 декабря.

Рас Имру Хайле Селассие, губернатор Гойяма

28 июля 1936 года сопротивление (арбегнуок) попробовало отвоевать [уже захваченную] Аддис-Абебу. Организовали они это плохо. Пять разрозненных групп атаковали итальянские позиции в столице, и поначалу застали оккупантов однако расчет был на всеобщее восстание населения,их разбили и отбросили порознь. Первыми итальянцами, которых они встретили, по сообщениям, были рабочие, копавшие колодец. Хотя подразделение под командованием Абебе Арагаи почти вошло в [дворец] Малый Гебби, где работал Грациани, все атаки были отбиты. Последний неудачный рывок предприняла [группа] Абуне Петроса на площади Святого Георгия, когда и эту атаку отбили, провал попытки захвата города стал ясен.

Абебе Арегаи, сперва служил в армии, затем в полиции, в 1936 г. начальник столичной полиции

Абуне Петрос, епископ и мученик, расстрелянный за участие в сопротивлении. Фашисты предлагали ему жизнь в обмен на публичное осуждение “Патриотов” и прекращение проповедей с осуждением вторжения, но он отказался.

Эфиопские силы, оставшиеся на юго-востоке страны, были истощены. До ноября рас Деста Дамтеу и Деджазмач Бейене Мерид еще контролировали столицы своих провинций в Иргалеме и Гобе . 23 ноября моторизованная колонна капитана Туччи вошла в регион, вызвав восстание народа сидамо; Иргалем пал под натиском итальянцев 1 декабря, а рас Деста и дэджазмач Бейене Мерид отступили в горы провинции Бале. Последовала игра в кошки-мышки, пока превосходящие силы оккупантов не загнали остатки их войск (несколько тыс.) в угол у озера Шала и уничтожили в битве при Гогетти 18 февраля 1937 года. Рас Десте в одиночку бежал с поля боя, но через несколько дней его выследили и казнили. С его гибелью кончилось все организованное сопротивление итальянцам.

Грациани (второй слева, в военной форме) незадолго до покушения.

Бесспорно, Грациани в начале февраля 1937 года уверенно контролировал новозахваченную территорию Итальянской Восточной Африки, однако по-прежнему не доверял её жителям. Когда в 1936 г. после захвата Джирги (эфиопское Сомали) он осматривал православную церковь, то провалился в замаскированное отверстие в полу, и был убеждён, что это специально приготовленная ему ловушка.

«Из этого инцидента, — пишет Энтони Моклер, — произросла его параноидальная ненависть и подозрительность к коптскому духовенству».

Тем не менее, в честь рождения принца Неаполя Грациани объявил, что лично раздаст милостыню бедным в пятницу, 19 февраля, у дворца императорской семьи Генете Леул (также известном как Малый Гебби).

В толпе, собравшейся утром в пятницу, были двое молодых эритрейцев, живших в Эфиопии: Абраха Дебоч и Могус Асгедом. Ощутив ограниченность возможностей в итальянской колонии, они приехали в Эфиопию для поступления в школу Менелика II³: там их застигли война и оккупация. Внешне вполне приспособившись к новым властям, Абраха устроился на работу в фашистское Политическое бюро, где были полезны его эритрейское происхождение, знание итальянского языка и знакомство с городом. Однако, по словам Ричарда Панкхёрста, Абраха Дебоч был ярым противником итальянцев, особенно их расистской политики. Перед уходом из дома для покушения, Абраха бросил итальянский флаг на деревянный пол, проколов штыком с привязанным к нему флагом Эфиопии.

Ричард и Рита Панкхёрст. Ричард — крупнейший исследователь Эфиопии. Сын итальянского анархиста и левой коммунистки/суфражистки из Англии. Благодаря матери, активно поддерживавшей и продвигавшей эфиопскую культуру (в том числе объяснила негусу важность женского образования), поддерживавшей Сопротивлении, был с детства вовлечён в жизнь этой страны, знал многих беженцев от фашистов, в 1956 г. переехал в Эфиопию, там преподавал, исследовал её историю.

Сперва официальная церемония шла как ожидалось. Грациани произнес речь, ряд видных эфиопских нобилей выказали покорность победителям, итальянские самолеты пролетели над городом, а в 11 часов чиновники стали раздавать обещанную милостыню священникам и бедным. Абраха и Могус проскользнули сквозь толпу к подножию лестницы, ведущей к Малому Гебби, бросили гранаты (10, по словам очевидца), и скрылись в возникшей суматохе. Ричарда Панкхёрст считает, что с места теракта их вывел третий заговорщик, таксист Симейон Адефрес: он также предоставил гранаты. Говорят, он добыл их у солдата Сопротивления, пулеметчика; они подружились и тот научил Абраху и Могуса пользоваться гранатами.

За ними [в смысле сбежавшими] лежал мёртвым зонтиконосец Абуны Кириллоса. Были ранены сам Абуна, вице-губернатор генерал Армандо Петретти, генерал ВВС Аурелио Лиотта и вице-король, в которого вонзилось 365 осколков взорвавшейся рядом гранаты. Однако его спасли, доставив немедленно в итальянскую больницу и сделав срочную операцию. Лиотта потерял ногу.

Абуна Кириллос IV, архиепископ. Последний руководитель эфиопской церкви-копт, дальше были лишь эфиопы.

Абраха и Могус недолго скрывались в древнем монастыре Дебре-Либанос (северо-западнее столицы, регион северная Шева в Оромии), но вскоре двинулись дальше, ища укрытие в англо-египетском Судане. Где-то в Годжаме их убили местные жители, всегда подозрительные к незнакомцам. Адефрис отвëз Абраху и Могуса в монастырь и был там с ними неделю, но дальше вернулся в Аддис-Абебу. Вскоре его схватили фашистские власти и замучили до смерти.

Резня

После теракта фашисты немедленно начали расправу. По словам Моклера, «итальянские карабинеры открыли огонь по толпе нищих и бедняков, скопившихся на месте раздачи милостыни; говорят, что глава федерации фашистов Аддис-Абебы Гвидо Кортезе даже выстрелил из револьвера в группу стоявших вокруг него эфиопских нобилей».

Несколько часов спустя Кортезе отдал роковой приказ:

“Товарищи, сегодня день, когда мы покажем преданность вице-королю, отреагировав [на покушение] и уничтожая эфиопов три дня подряд. На три дня я даю вам полную свободу действий , чтобы вы разрушали, убивали, вообще делали с эфиопами все, что хотите”.

Столицу, где проходила кровавая расправа с эфиопским населением, окружили итальянские войска. Была прервана телеграфная связь Аддис-Абебы с миром. Грациани приказал стрелять в любого эфиопа, который появится на улице. Позднее безоружных людей убивали также и в домах. Зачастую дома поджигались, а по людям, пытавшимся выбраться из пламени, открывали пулеметный огонь. В акции участвовали и чернорубашечники-добровольцы.

Погром в Аддис-Абебе продолжался несколько дней. Репрессиям подверглись также жители всех близлежащих местностей, таких, как Йека, Фури, Акаки, Гэфэрса. Вскоре на деревьях, растущих вдоль дорог, ведущих к Аддис-Абебе, можно было увидеть множество повешенных эфиопов. Репрессиям были подвергнуты также другие города, такие, как Харэр и Дыре-Дауа.

Жертвой репрессий пала тогда почти вся немногочисленная эфиопская интеллигенция, если не считать той ее части, которая эмигрировала или была в партизанах. Покушение дало итальянцам повод выполнить приказ Муссолини, изданный еще 3 мая 1936 года, о коллективной казни «Молодых эфиопов» — небольшой группы интеллектуалов, получивших высшее образование в американских и европейских колледжах. В тот же день фашисты создали военный трибунал, и к вечеру 62 эфиопа были осуждены и расстреляны в тюрьме Алем Бекагн в Аддис-Абебе.

«Резня в связи с покушением на Грациани привела к почти полной ликвидации интеллектуальной составляющей Сопротивления»,

— пишет Бахру Зевде.

Фашисты обезглавливают эфиопа

В оставшиеся часы той пятницы, как и в субботу и воскресенье, итальянцы убивали эфиопов кинжалами и дубинками под крики « Дуче! Дуче!» и «Итальянская цивилизация!»; дальше людей вешали, отрезали им головы. Они обливали дома местных жителей и поджигали их, врывались к тамошним грекам с армянами и убивали их слуг-эфиопов. Некоторые позировали для фото на трупах жертв.

“Сопротивление не располагало современными средствами пропаганды, поэтому существенную роль в распространении антиитальянской пропаганды играли бродячие певцы и предсказатели, пользовавшиеся большим авторитетом у народов Эфиопии. После упомянутого покушения Грациани наряду с расширением общих репрессий в отношении гражданского населения и усилением военных действий против партизан приступил также к физической ликвидации этих певцов и предсказателей. О своих действиях Грациани таким образом информировал итальянское министерство колоний 19 марта 1937 г.:

«После покушения 19 февраля политические органы и полиция сообщили мне, что к опасным для общественного порядка элементам следует отнести бродячих певцов, ясновидцев и колдунов. Они распространяют среди отсталого, невежественного и суеверного населения неправдоподобные слухи о том, что якобы должно произойти полное уничтожение населения итальянцами, о приближающемся нападении на столицу повстанческих отрядов, использующих иностранную помощь, о близком возвращении ныгусэ во главе многочисленной армии и тому подобное… Убежденный в необходимости с корнем вырвать эту сорную траву, я отдал приказ задерживать и расстреливать всех бродячих певцов, ясновидцев и предсказателей в городе и окрестностях. На сегодняшний день ликвидировано 70 человек».

На следующий день Грациани получил от Муссолини телеграмму, полностью одобряющую его действия. 23 марта Грациани отдал приказ губернаторам провинций и командирам больших гарнизонов принять те же самые меры, что и в столице. Приказывая усилить репрессии главным образом на территории Шоа, Грациани заканчивал свой приказ словами:

«Я жду сообщения о числе расстрелянных отшельников, предсказателей, певцов и бродячих ясновидцев. А также число тех, кто будет отправлен в заключение».

Резня в феврале не возникла из ниоткуда: политику террора против амхарского населения (господствовавшего в Эфиопской империи и сопротивляющегося больше всего) фашисты проводили с самого начала оккупации. Здесь они развили и приумножили “достижения” итальянских колонизаторов в Ливии.

Фашисты позируют с отрезанными головами эфиопов

“6 мая 1936 г. итальянцы вступили в Харэр. В течение трех дней без всякого повода они расстреляли свыше 500 человек. Всеобщее негодование во всей провинции вызвала жестокая и бессмысленная расправа над шестнадцатью старцами, совершенная оккупантами в воскресенье 9 мая. Солдаты оккупационной армии вошли в эфиопскую церковь и начали звонить в колокола. Эти старцы, думая, что звонят на молитву, направились в церковь, но у входа были убиты. Расправа в Харэре продолжалась 18 дней, массовым явлением было насилование эфиопских женщин…

Cтремясь устрашить население и изолировать его от партизан, оккупанты жгли деревни, совершенно опустошая значительные области страны там, где действовали большие партизанские отряды. Деревни поджигались, как правило, итальянской авиацией, так как небольшие отряды оккупантов боялись проникать в глубь страны. Проведение карательных экспедиций против безоружного населения являлось методом, систематически применяемым Грациани. Об одной из таких экспедиций, а их насчитывается множество, итальянский вице-король так докладывал Риму 25 марта 1937 г.:

«В радиусе 25 км не осталось камня на камне. Разрушено свыше 40 деревень, сожжено 4 тыс. домов. Наши потери: 31 убитый и 38 раненых. Потери врага: 212 убитых во время боев. Расстреляно 396 человек».

В октябре 1936 г. Грациани издал приказ о необходимости «всеобщего уничтожения» врага, впрочем только подтверждая этим свои прежние указания”.

Повешенный эфиоп

Дальше итальянцы хватали «подозрительных» эфиопов всех сословий и бросали в концлагеря в Данане (Огаден) и Нокра (на арх. Дахлак; теперь там тюрьма уже независимой Эритреи со сравнимыми условиями содержания). Условия в Данан были суровые: Грациани приказал давать зэкам самый минимум еды и воды. Как отмечал Сбаччи,

«плохие условия, включая туалеты, влажный климат, малярия, желудочные инфекции и венерические заболевания унесли много жизней, особенно среди тех, кого гнали работать на ирригационном канале или на банановых и сахарных плантациях».

В разное время от всего этого в Данан умирало от 10% до 1/2 з/к.

Как писал Сбаччи, в Нокре было даже страшней, чем в Данане. Отправленные туда схваченные эфиопы присоединились к ранее бывшим 500 пожизненным политическим, увеличив общее число з/к до 1500. Заключенные страдали от нехватки чистой воды, солнечного удара, болотной лихорадки и дизентерии.

В мае фашисты устроили расправу с монахами: следствие выяснило, что Абраха и Могус какое-то время были в Дебра Либанос, незначительные косвенные улики указывали, что монахи заранее знали об их планах [и не донесли]. Грациани вспомнил о падении в яму в Джихиге и их соучастниками, поэтому 19 мая телеграфировал местному командиру:

«Немедля казнить всех монахов без исключения, включая вице-приора».

По записям итальянских фашистов, на следующий день (день памяти их покровителя, святого Текле Хайманота), они расстреляли 297 монахов и 23 мирянина, всех насельников монастыря; по другим источникам, в этой расправе убили 1500–2000 человек.

Потери

Оценки числа погибших в резне разнятся. Эфиопские источники говорили о гибели 30 000 человек, французские и американские газеты писали про от 1400 до 6000 погибших. Историк Анджело Дель Бока и британский автор Энтони Моклер оценили число погибших в 3000 человек. В книге Иэна Л. Кэмпбелла «История резни» 2017 года дана оценка 19 200 погибших. Временный поверенный в делах США Корнелиус Ван Х. Энгерт спас 700 эфиопов, укрыв их в посольстве.

Никто из организаторов или участников резни после 1945 г. не был наказан. В Италии денацификации, собственно, и не было: Эфиопия включила Грациани с Кортезе в список военных преступников (всего несколько сотен), однако в контексте начинающейся холодной войны они были нужней Западу как специалисты по борьбе с коммунизмом, и никого не выдали. Много десятилетий спустя Италия пробовала продемонстрировать раскаяние, предложив в октябре 2006 г. учредить День памяти жертв африканской резни, но это не получилось из-за падения кабинета Проди, а дальше никто и не предлагал.

Источники: Wiki; Анджей Бартницкий, Йоанна Мантель-Нечко. История Эфиопии. М. : Прогресс, 1976. С. 243.

Примечания